Как власти наводили порядок в Рунете: Хроника ключевых этапов

Безопасность Стратегия безопасности Госрегулирование Пользователю Бизнес Законодательство Телеком Интернет ИТ в госсекторе
мобильная версия
, Текст: Игорь Королев
Главной приметой последних шести лет стало государственное регулирование интернета. Основная часть этой важной для безопасности страны работы была проведена командой экс-министра связи Игоря Щеголева без деятельного участия Минкомсвязи.

Болотная площадь как толчок к интернет-регулированию

Регулированием интернета российские власти захотели заняться еще на заре его становления - в 1999 г. Тогда министр связи Леонид Рейман и министерство печати Михаил Лесин хотели, чтобы доменная зона .Ru подчинялась Минсвязи, а регистрацией интернет-СМИ занималось Минпечати.

Представителям интернет-отрасли удалось от этих предложений отбиться, причем не без участия будущего президента Владимира Путина. С тех пор предложения о необходимости регулирования интернета периодически появлялись, но так и оставались нереализованными.

Ситуация кардинально поменялась в конце 2011 г. Тогда недовольные результатами прошедших парламентских выборов граждане вышли на акции протеста, в том числе на Болотной площади. Призывы к участию в акциях распространялись в социальных сетях в интернете.

Для Кремля такое развитие событий стало неожиданностью: высшее руководство страны, к тому моменту установившее контроль над политической сферой и центральными СМИ, явно недооценило возможности интернета. Очевидно, в тот момент «на самом верху» было принято решение начать контролировать интернет.

К тому моменту как раз была создана Лига безопасного интернета (ЛГИ) со своей заявленной целью борьбы с педофилией в интернете. Лига разработала законопроект в виде поправок к Закону «Об информации, информационных технологиях и защите информации», который позволял бы Роскомнадзору во внесудебном порядке блокировать доступ к сайтам с детской порнографией, пропагандой суицида и распространением наркотиков, а также во исполнение различных судебных решений.

Процедура блокировок интернет-ресурсов в России целиком находится в ведении Роскомнадзора

У ЛБИ были влиятельные лоббисты: его организовал глава фонда Marshal Capital Partners Константин Малофеев. Попечительский совет Лиги возглавил занимавший тогда пост министра связи Игорь Щеголев.

С этого момента значительная часть инициатив по регулированию интернета, возникшее за последние годы, так или иначе исходило от команды Игоря Щеголева, вскоре оставившего министерство, и занявшего должность помощника Президента России.

Как считается, он же последние шесть лет фактически контролирует и Роскомнадзор, формально подведомственный Минкосмсвязи и возглавляемый Александром Жаровым, бывшим замом Щеголева в его бытность министром связи.

«Я понимаю, что сейчас у всех мысли про «Болотную», но мы говорим лишь о защите детей в интернете», - говорил на презентации законопроекта Малофеев. В ЛБИ прямо утверждали, что против их законопроекта могут выступать «только педофилы».

Интернет-общественность была против. Законопроект предусматривал блокировку сайтов как по адресам конкретных страниц (URL), так и по IP-адресам. Для блокировки по URL провайдер должен устанавливать дорогостоящую  DPI-систему. Блокировка же по IP-адресу плоха тем, что вместе с противоправным сайтом заблокированными оказываются и законопослушные ресурсы, также использующие этот адрес.

Ситуация особенно осложняется для крупных публичных площадок: социальных сетей, блог-сервисов, фото- и видеохостингов, файлообменных сервисов и т.д. Тут стоит заблокировать только один материал одного пользователя, как недоступным оказывается вся соответствующая платформа.

Регулировать интернет для защиты детей

К моменту начала рассмотрения Госдумой нового законопроекта, получившего название «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», правительство успело смениться, а министром связи стал Николай Никифоров. Интернет-общественность ожидала, что новый министр, будучи профессиональным ИТ-ишником, не допустит утверждения такого законопроекта.

Тем не менее, документ был принят в первом чтении. Крупные зарубежные интернет-площадки, в частности, Wikipedia, устроили акцию протеста против введения «интернет-цензуры» в России. Никифоров осторожно говорил, что законопроект надо откорректировать, чтобы, например, избежать блокировки сайтов по IP-адресам. Правительство готовило отзыв, в котором предлагалось исключить норму о блокировании доступа к интернет-сайтам.  

Но в день, когда Никифоров и его заместитель по вопросам СМИ и интернета Алексей Волин давали свою первую пресс-конференцию, стало известно, что Госдума одобрила законопроект во втором чтении без серьезных изменений. Отзыв же правительства депутаты вообще решили не запрашивать, так как законопроект якобы не требовал затрат из федерального бюджета.

Закон был окончательно утвержден и заработал с 1 ноября 2012 г. Роскомнадзор стал вести Реестр запрещенных сайтов, а провайдеров обязали блокировать доступ к включенным в него ресурсам. Роскомнадзор попытался сделать данный список секретным, но в интернете появилось сразу несколько сайтов с его копиями. 

Право на принятие решений о внесудебной блокировке сайтов с распространением и пропагандой наркотических средств получила Федеральная служба по контролю за оборотом наркотических средств (ФСКН). В отношении суицида такое право получил Роспотребнадзор. В отношении же детской порнографии соответствующими полномочиями планировалось наделить МВД, но полицейское ведомство избежало этого.

В результате решения о блокировки сайтов с детской порнографией стал принимать сам Роскомнадзор, хотя до этого у него не было соответствующей экспертизы. Впрочем, в 2016 г., после передачи функций ФСКН в МВД, полицейскому ведомству все-таки пришлось заняться блокировками в интернете, но уже по другой сфере, связанной с наркотиками.

Минкомсвязи же попыталось следовать древней мудрости «не можешь остановить процесс - возглавь». Поскольку законопроект разрабатывался ЛБИ, то предполагалось, что Роскомнадзор к вопросу осуществления блокировок привлечет общественную организацию. Такая норма, очевидно, писалась под ЛБИ. 

Минкомсвязи решило создать для этих целей собственную общественную организацию - «Чистый интернет». В число его учредителей согласился войти «Мегафон» (фактически у «Мегафона» сложились наилучшие отношения с нынешним руководством министерства из всех частных операторов связи). Постановление правительства, регламентирующее вопрос блокировок интернет-сайтов, было принято в таком виде, чтобы обеспечить передачу данных функций «Чистому интернету».

Однако в итоге никакая общественная организация к вопросу блокировок в интернете так и не была привлечена. Процедура блокировок осталась целиком в распоряжении Роскомнадзора. И хотя, за исключением детской порнографии, Роскомнадзор лишь исполнял решения иных инстанций, ведомство попало под сильный огонь критики со стороны интернет-общественности.

Одной из первых жертв системы блокировок стала ироническая энциклопедия «Луркомор». На ее страницы периодически обнаруживалась информация с пропагандой употребления наркотиков или суицида. В итоге владелец ресурса Дмитрий Хомак принял решение о прекращении его развития.

Одновременно среди интернет-пользователей стали активно распространяться различные механизмы обхода блокировок: прокси-серверы, анонимайзеры, VPN-сервисы, туннели, браузеры с функцией проксирования трафика и т.д.

«Белые списки» и фильтрации контента в Wi-Fi-сетях

«Лига безопасности интернета» не хотела останавливаться на достигнутом и, вслед за «черными списками», предложила ввести «белые списки» в интернете. Речь идет о том, что абонент интернет-провайдера может иметь доступ к ограниченному списку заранее одобренных сайтов. Для доступа же к остальным ресурсам нужно писать отдельное заявление.

ЛБИ планировала провести эксперимент по «белым спискам» в Костромской области. Ее губернатором незадолго до этого стал бывший глава Роскомнадзора Сергей Ситников. Но идею «белых списков» резко раскритиковала как и интернет-общественность, так и Николай Никифоров. От ее реализации было решено отказаться.

В законе о защите детей от противоправной информации была еще одна норма, касающаяся телекоммуникаций. Закон обязал владельцев публичных Wi-Fi-хотсспотов фильтровать информацию, негативную для детей. Был разработан целый перечень такой информации: порнография, нецензурная брань, сцены насилия, пропаганда антисемейного образа жизни и т.д.

Владельцы Wi-Fi-хотспотов не знали, каким выполнять данное требование. Минкомсвязи разработало проект нормативного акта, который должен был регламентировать бюрократические процедуры фильтрации контента в Wi-Fi-сетях. Но Минюст данный проект не зарегистрировал. Вскоре о данной проблеме забыли, хотя на местах прокуроры приходили и штрафовали некоторых владельцев Wi-Fi-хотспотов.

От защиты детей – к борьбе с пиратством

Аппетит, как известно, приходит во время еды. Стоило только быть принятым первому закону об ограничениях в интернете, как появилось множество инициатив о расширении перечня оснований для блокировок интернет-сайтов. Так, Минкульт предложил бороться с пиратскими сайтами в интернете.

Минкомсвязи выступило против, так как пиратство не представляет социальной опасности. После долгих дебатов в правительстве было решено, что будущий «антипиратский» закон не будет содержать нормы о блокировках сайтов. 

Однако летом 2013 г. группа депутатов внесла в Госдуму собственный «антипиратский» законопроект, предполагающий блокировку сайтов, незаконно распространяющий кино- и ТВ-материалы. С этой целью вводилась специальная процедуру предварительных обеспечительных мер, которые должен был принимать Мосгорсуд по заявлениям правообладателей.

Законопроект в кратчайшие сроки был утвержден и вступил в силу уже с 1 августа 2013 г. Мнение правительства опять не запрашивали, так как реализация законопроекта не требовала затрат из федерального бюджета (такая же технология применялась в отношении большинства законов, которые в последнее время применялись в части регулирования в интернете).

Так в Реестр запрещенных сайтов стали включаться торрент-трекеры и онлайн-кинотеатры. Интерес пользователей интернета к технологиям обхода блокировок только усилился.

Борьба с экстремизмом и акциями протеста

С тех пор законопроекты о блокировках тех или иных категорий сайтов стали появляться как грибы после дождя. Закон «Об информации» разрастался и обзаводился новыми статьями. В конце 2013 г. был утвержден разработанный депутатом Андреем Луговым законопроект о блокировке доступа к сайтам с экстремистской информацией, включая призывы к участию в несанкционированных мероприятиях.

Решения о блокировке по такому поводу должна принимать Генпрокуратура. Закон содержит интересную норму. В остальных случаях Роскомнадзор, получив решение о блокировке того или иного сайта, предоставляет его владельцу и хостинг-провайдеру три дня на удаление данной информации, и только в случае отказа блокирует доступ к ресурсу.

В случае же с экстремистской информацией Роскомнадзор должен заблокировать искомый сайт «незамедлительно». 

Первыми жертвами нового закона в марте 2014 г. стали блог Алексея Навального в  Livejournal, а также оппозиционные издания «Грани.ру», «Ежедневный журнал» и «Каспаров.ру».  Генпрокуратура нашла на этих ресурсах информацию с призывами к участию в несанкционированных шествиях, причем под блокировку попали не отдельные страницы, а данные сайты целиком.

Тем самым подтвердились опасения скептиков, которые высказывалось еще при принятии первого закона о блокировках в интернете в 2011-2012 гг: власти действительно стали использовать его для борьбы с распространением неугодной информации.

Зарубежные площадки не слушаются российских властей

Вступление в силу «антиэкстремистского» закона стало поворотным моментом в отношениях российских властей с зарубежными площадками. Если до той поры крупные зарубежные сервисы, например, YouTube и Livejournal, исполняли требования российских властей о блокировках тех или иных пользователей (а иногда даже пытались оспорить их в судебном порядке), то после начала политически мотивированных блокировок такие сервисы стали игнорировать соответствующие требования.

Роскомнадзор не хотел идти на серьезный конфликт с популярными ресурсами и пошел на обходной маневр: принадлежащие Google сервисы YouTube и Blogspot, а также площадка Livejournal стали вноситься в Реестр запрещенных сайтов с IP-адресами, которые не используются для взаимодействия с российскими пользователями.

В результате удалось избежать массовых блокировок популярных в России ресурсов. В отношении же Facebook и  Twitter, также не исполняющими в полной мере требования российских властей о блокировках, Роскомнадзор вообще не решился включать их в Реестр запрещенных сайтов. Эти ресурсы работают по зашифрованному протоколу SSL, и их можно блокировать только по IP-адресу или домену.

Не спешит сотрудничать с российскими властями и Wikipedia.  Роскомнадзор неоднократно угрожал интернет-энциклопедии блокировкой в связи с отказом удалять различные статьи. В Wikipedia возражали, что решения об удалении или редактировании тех или иных статей может принимать только сообщество ресурса.

Один раз, в 2015 г., Роскомнадзор заблокировал Wikipedia из-за отказа удалить статью о наркотическом препарате чарос. Но уже через несколько часов блокировка была снята. Администрация Wikipedia решила перенести статью о чаросе на иной адрес, что в Роскомнадзоре посчитали достаточным. По сути же Роскомнадзор вновь решил пойти на компромисс с целью недопущения блокировок популярных ресурсов.

Надзорное ведомство осторожно исполняет и норму «антиэкстремистского» закона в части «незамедлительной» блокировки сайтов. По крайней мере крупным ресурсам (например, социальной сети «Вконтакте»), ведомство предоставляет время на удаление спорной информации, что позволяет предовращать блокировку.

Еще один закон о блокировках в интернете - о запрете упоминания имен детей, ставших жертвами или участники преступлений  - вообще не исполняется. Правительство так и не смогло определить ведомство, ответственное за принятие соответствующих решений.

Таким образом, Роскомнадзор стал самостоятельно определять, в какой мере следует исполнять положения Закона «Об информации» в части блокировок тех или иных ресурсов. Исполнение всех требований «в лоб» могло бы крайне отрицательно сказаться на российском сегменте интернета и окончательно дискредитировать саму процедуру блокировок.

Блокировка сайтов по решениям судов

В начале 2014 г, Роскомнадзор стал агрегировать решения региональных судов о блокировке тех или иных сайтов. Как правило, с такими исками в суды обращаются региональные прокуроры. Наиболее «популярными» категориями судебных блокировок стали экстремизм, наркотики, азартные игры, круглосуточная продажа алкоголя в интернете, публичные дома, торговля поддельными документами и т.д

Также суды стали принимать решение о блокировках сайтов со взрослой порнографией. В том числе в 2016 г был заблокирован популярный в данной сфере ресурс   Pornhub (впоследствии его частично разблокировали). Подобного рода решения имели негативный общественный резонанс в адрес властей. 

В некоторых случаях физические и юридические лица используют суды для блокировки распространения в интернете негативной информации о них. Так, в начале 2018 г. владелец «Русала» Олег Дерипаска через суд добился от ряда интернет-СИМ удаления видеоролика о нем, созданного Алексеем Навальным.

С момента начала обработки судебных решений Реестр запрещенных сайтов стал неуклонно разрастаться. Если в 2013 г. Роскомнадзор включал в данный реестр примерно несколько десятков сайтов в день, то в 2016 г. уже по несколько сотен.

Параллельно существует и другой реестр - Федеральный список экстремистских материалов, который Минюст составляет на основе решений региональных судов о признании тех или иных материалов экстремистскими. Первоначально в данный список включались офлайн-материалы, но с 2012-2013 г.г. большая часть новых поступлений списка стала связана с интернет-страницами.

В отличие от Реестра запрещенных сайтов, который ведет Роскомнадзор, формат списка Минюста не предназначен для автоматической обработки со стороны интернет-провайдеров. Более того, суды в своих решениях зачастую допускают ошибки в адресах запрещенных сайтов, либо вовсе не указывают адресов сайтов, предпочитая общие отсылки к неким видеороликами или фотографиям в интернете.

Формально интернет-провайдеры должны предотвращать распространение экстремистских материалов. И если они не заблокирует какой-либо из сайтов или материалов из списка Минюста, прокуратуры в ходе проверки может наложить на них штраф. Эта проблема и так и не была урегулирована.

Локализация персональных данных и организаторы распространения информации

Если принимаемые до той поры законы в отношении интернета не имели слишком значительного влияния на интернет-отрасль, то в 2014 г. законодатель взял новую высоту. Были приняты два закона, которые стали требовать от интернет-ресурсов не просто удаления противоправной информации, но и принятия целого ряда мер и несения значительных затрат на выполнение требований российского законодательства.

Один из этих законов связан с локализацией персональных данных. Интернет-сайты обязали хранить все персональные данные россиян на территории России, пригрозив в противном случае блокировкой. Интернет-общественность восприняла норму в штыки: перенос данных в России потребовал бы от зарубежных ресурсов значительных затрат, а также перестройки архитектуры распределенных баз данных.

Роскомнадзор несколько раз отчитывался о том, что те или иные зарубежные ресурсы согласились перенести данные своих российских пользователей в Россию, например, Twitter и Alibaba. В то же время многие крупные ресурсы этого не сделали.

В конце 2016 г. Роскомнадзор решил устроить показательную порку и заблокировал доступ к социальной сети деловых контактов Linkedin, которая пользуется спросом лишь в ограниченной среде. Эксперты посчитали, что блокировка Linkedin - это предупредительный знак для Facebook, также отказывающейся переносить данные российских пользователей в России. Впрочем, Facebook до сих пор так и не сделал этого, а Роскомнадзор не применил к этой сети никаких санкций.

Другой принятый в 2014 г. документ - «антитеррористический» пакет законопроектов, соавтором которого выступила депутат Ирина Яровая. Данный документ значительно ограничил возможности по осуществлению анонимных платежей в интернете и ввел новое понятие - организатор распространения информации (ОРИ).

Под ОРИ подпадает любой интернет-сайт или сервис, который позволяет пользователям общаться, за исключением сайтов для личных и семейных нужд. ОРИ должны регистрироваться в специальном реестре Роскомнадзора и, согласно первоначальной версии, документа, хранить на территории России все данные о действиях российских пользователей в течении полугода. 

Информацию о своих пользователях ОРИ должны передавать правоохранительным органам. Критика данного законопроекта интернет-отраслью не была принята во внимание. 

Частью «антитеррористического» пакета законопроектов стали и закон «О блогерах». Он обязал регистрировать в специальном реестре Роскомнадзора все сайты с числом посетителей более 3 тыс. человек в сутки и обязал таких блогеров исполнять требования Закона «О СМИ», в том числе в части запрета нецензурных выражений.

«Вечная» блокировка пиратских интернет-сайтов и «право на забвение»

В том же 2014 г. была принята расширенная редакция «антипиратского» закона. Права, которые до этого были предоставлены предыдущей версией документа владельцам прав на ТВ- и кинопродукцию, теперь были предоставлены и владельцам прав на все виды контента кроме фото.

Кроме того, было введено понятие «пожизенной» блокировки. Такому наказанию подвергался ресурс, который дважды был признан Мосгорсудом нарушителем прав одного и того же правообладателя. В то же время, предлагавшиеся первоначально меры по наложению штрафов на пользователей за использование пиратского контента не были утверждены.

 С вступлением в силу данного закона под «пожизненную» блокировку попали целый ряд популярных пиратских ресурсов: торрент-трекеры Rutracker и NoName-club, онлайн-библиотека «Флибуста» и «Либрусек» и многие другие. Пользователи ответили на это массовым переходом на различные инструменты обхода блокировок.

Интерес законодателей к теме интернет-регулирования не утихал. В 2015 г. Федеральная налоговая служба получила полномочия по внесудебной блокировке интернет-сайтов, связанных с игорной тематикой.

В том же году был принят так называемый закон «О праве на забвение». Он обязал поисковые системы по заявлениям российских граждан удалять из своих индексов недостоверную или «утратившую актуальность» информацию о них. В противном случае суд может наложить штрафы на поисковые системы.

Идея закона была предложена Игорем Щеголевым. Против принятия закона выступала не только интернет-общественность, но и правовое управление Госдумы, но законодатели критику документа не учли.

«Налог на Google» и закон о «Яндекс.Новостях»

В 2016 г. был принят разработанный депутатом Андреем Луговым так называемый закон «о налоге на Google». Он обязал иностранные интернет-сайты, которые продают россиянам виртуальные товары или услуги, регистрироваться и платить налоги в России.

Этот закон стал редким примером предпринятого российскими властями регулирования в интернете, которое не встретило сопротивления со стороны иностранных интернет-компаний. Например, налоги в России согласились платить Facebook  и даже заблокированный LinkedIn. 

В том же году депутаты решили заняться регулированием деятельности новостных агрегаторов. Первоначальная версия законопроекта предполагала введение ответственности агрегаторов за распространяемые ими новости, а также запрещала иностранцам владеть такими площадками. Регулирование деятельности новостных агрегаторов отдавалось все тому же Роскомнадзору.

По сути, целью законодателей был главный новостной агрегатор - «Яндекс.Новости», принадлежащий компании «Яндекс». Компания пригрозила закрытием данного сервиса. Но в итоге закон был скорректирован, иностранцам разрешили владеть новостными агрегаторами, а сами агрегаторы были освобождены от ответственности за цитирование новостей, написанных зарегистрированными СМИ. Но Роскомнадзор получил право требовать от агрегаторов удаления определенных новостей.

Летом 2016 г. был расширен принятый за два года до этого «антитеррористический» пакет законопроектов. Соавтором нового документа вновь стала Ирина Яровая, в связи с чем сам законопроект получил название «Пакет Яровой». В частности, новый закон расширил  требования к ОРИ. Теперь они должны хранить на территории России всю информацию о действиях российских пользователей в течение года, а с лета 2018 г. - еще и содержимое самих сообщений сроком до полугода. 

Кроме того, в случае использования ОРИ технологии, позволяющий ее пользователям шифровать сообщения путем прямого обмена ключами (end-to-end-шифрования), владелец сервиса должны передать ФСБ ключи для дешифровки такого трафика. Данная норма писалась специально под Telegram, первым применившим технологию end-to-end-шифрования, хотя затем ее стали применять и другие популярные мессенджеры.

Роскомнадзор против мессенджеров

Первоначально в реестр ОРИ регистрировались только российские интернет-сервисы, тогда как иностранные интернет-площадки его игнорировали. Но в начале 2017 г. в реестре ОРИ стали появляться и зарубежные «гости», а Роскомнадзор стал применять санкции к первым нарушителям.

Так, за отказ регистрироваться в реестре ОРИ была заблокирована созданная в России онлайн-рация Zello.  Далее последовала блокировка ряда не очень известных в России мессенджеров, включая популярный в Китае WeChat (правда, блокировка WeChat была оперативно снята, а мессенджер согласился зарегистрироваться в Реестре ОРИ).

Одновременно появились подозрения, что Роскомнадзор применяет очередную «уловку» при исполнении требований законодательства. Владельцам сервиса достаточно было предоставить свои контактные данные для регистрации в Реестре ОРИ и претензии Роскомнадзора после этого к нему снимались.

Но это никак не означает, что владелец сервиса будет предоставлять правоохранительным органам доступ к переписке своих пользователей и хранить ее на территории России. Данный «казус» стал понятен после истории с SnapChat: Роскомнадзор отрапортовал о включении данного сервиса в Реестр ОРИ, на что сам сервис ответил, что он лишь предоставил свои контактные данные.

2017 г. принес всплеск законодательных инициатив в области регулирования интернета. Был принят закон об интернет-мессенджерах. По сути, мессенджеры и так подлежали регулирования в рамках требований к ОРИ. Но их дополнительно обязали идентифицировать своих пользователей по SMS,  блокировать распространение спама и распространять массовые рассылки по требованию властей.

Все новые и новые ограничения в интернете

Другой принятый закон стал неожиданностью для отрасли. На фоне борьбы с нелегальными онлайн-кинотеатрами депутаты решили ограничить деятельность и легальных площадок. Иностранцам запретили владеть онлайн-кинотеатрами (если только такие площадки не нацелены преимущественно на жителей России), также к кинотеатрами предъявили ряд дополнительных требований. По сути, речь шла о борьбе с зарубежными площадками, в частности, с Netflix. 

В очередной раз был расширен и «антипиратский» закон. Теперь зашла речь о внесудебной блокировке зеркал сайтов, которых ранее Мосгорсуд отправил на «пожизненную» блокировку, а также о требовании к поисковым системам об удалении ссылок на них из результатов поисковой выдачи.

Данный закон стал редким примером закона о регулировании интернета, который вносился в Госдуму правительством, а не депутатами, и разрабатывался Минкомсвязи, а не общественными организациями. Как итог, Минкомсвязи впервые получило полномочия по блокировке сайтов. Министерство в лице замминистра Алексея Волина принимает решения о том, является ли какой-либо сайт копией ранее отправленного на «пожизненную» блокировку ресурса.

Еще один принятый в 2017 г. закон касался регулирования деятельности VPN, прокси и прочих сервисов, позволяющих обходить блокировки. Регулирование данной сфера давно назрело, а депутатов принять документ просил лично директор ФСБ Александр Бортников. Закон предписывает владельцам такого рода сервисов блокировать доступ к ресурсам из Реестра запрещенных сайтов, иначе они сами станут фигурантами данного реестра.

Также закон обязал поисковые системы удалять ссылки на ресурсы, включенные в Реестр запрещенных сайтов. Одновременно депутаты предприняли неординарный шаг и отменили принятый ими же всего за три года до этого закон «О блогерах». Данный закон формально начал работать и Роскомнадзор завел соответствующий реестр блогеров.

Но наказывать блогеров за нарушения законодательства так и не научились, так как правоохранительные органы не проявили желания накладывать на них штрафы. Интересно, что правительство в своем отзыве просило сохранить закон «О блогерах», но законодатели опять его не послушали. 

Под конец 2017 г. законодатели предоставили Генпрокуратуре полномочия по внесудебной блокировке сайтов организаций, признанных в России нежелательными. Жертвами этого закона стали, в том числе, ресурсы, создаваемые на деньги Михаила Ходорковского.

Законодатели в части регулирования интернета не намерены останавливаться. Госдума одобрила закон, позволяющий судебным приставам блокировать информацию в интернете, порочащую честь и достоинство граждан. В первом чтении одобрен законопроект о штрафах и других мерах в отношении социальных сетей. На рассмотрении депутатов также находится законопроект о блокировке мобильных приложений за распространение пиратских материалов.

Обратный эффект блокировок

Роскомнадзор старается следить за тем, чтобы операторы связи выполняли требования по блокировкам запрещенных сайтов. В Кодекс об административных правонарушениях были введены соответствующие штрафы. С 2015 г. ведомство устанавливает у провайдеров оборудование системы «Ревизор», обеспечивающее автоматический контроль блокировок.

Но вместе с незаконными сайтами от блокировок периодически страдают как легальные ресурсы, так и разного рода сервисы, предназначенные для работы сайтов. Так, в Реестре запрещенных сайтов находится большое число IP-адресов популярного хостинг-провайдера Cloudflare. Также под блокировки попадали CDN-сервисы и поставщики SSL-сертификатов. В том числе в 2016 г. оказался временно заблокированным поставщик SSL-сертификатов Comodo, услугами которого пользуется и сам Роскомнадзор.

Чем больше развивается процесс блокировок интернет-сайтов, тем больше развиваются процессы противодействия им и даже использования блокировок в противоправных целях. Обходить блокировку какого-либо сайта может не только пользователь, но и его владелец. Например, Алексей Навальный дважды, когда его сайты попадали под блокировку - в 2014 г. и в 2018 г. - находил способы «обмануть» Роскомнадзор и снизить эффект от блокировок.

В 2017 г. в системе блокировок была найдена настоящая «дыра». Злоумышленники, получая контроль над доменами каких-либо запрещенных сайтов, стали приписывать к ним в системе DNS IP-адреса популярных ресурсов, никак не нарушающих закон. Некоторые провайдеры, которые используют системы автоматического определения IP-адресов заблокированных сайтов, стали блокировать и незапрещенные ресурсы. 

Это вызывало периодические жалобы пользователей. Когда дело дошло до перебоев в работе систем, обеспечивающих платежи по банковским картам, Роскомнадзор был вынужден обратиться в МВД.

В 2018 г. злоумышленники нашли новый способ применения схемы с «атакой через DNS». К доменами ряда заблокированных сайтов было подключено свыше 1 млн произвольных IP-адресов. Это привело к временным перебоям в работе «Транстелекома» - одного из провайдеров, автоматически определяющего IP-адреса заблокированных сайтов.

Пляски вокруг Zello и Telegram

Интересным выглядит процесс вокруг онлайн-рации Zello, которую Роскомнадзор решил заблокировать еще в прошлом году из-за отказа регистрироваться в реестре ОРИ. Zello использовал облачный сервис Amazon Web Services (AWS), благодаря чему Zello могла постоянно менять используемые ими IP-адреса.

Роскомнадзор старался следить за Zello, и внес из-за нее в Реестр запрещенных сайтов несколько тысяч IP-адресов и поддоменов AWS. Однако, Zello продолжала работать в России. Тогда в марте 2017 г. Роскомнадзор решил провести учения и заблокировать маски подсетей, соответствующие сразу 15 млн IP-адресов AWS.

После этого Amazon попросил Zello покинуть ее площадку и Роскомнадзор отменил учения. Теперь Zello использует облачные сервисы от Google. В связи с этим Роскомнадзор уже заблокировал несколько сетей IP-адресов и поддоменов Google, В ведомстве утверждают, что это служебные поддомены, которые не должны повредить работе основных сервисов Google. 

Наибольшие же страсти разгорелись с Telegram. Мессенджер отказывался регистрироваться в Реестре ОРИ, в связи с чем летом 2017 г. Роскомнадзор пригрозил ему блокировкой. Глава ведомства Александр Жаров  публично обратился к владельцу мессенджера Павлу Дурову с просьбой предоставить регистрационные данные, необходимые для включения в Реестр ОРИ, утверждая, что никаких других требований к мессенджеру не будет.

Дуров предоставил контактные данные Telegram, но пообещал, что ни о какой передачи сообщений своих пользователей речи не будет. Претензии к Telegram на время прекратились. Но осенью 2017 г. ФСБ потребовала от Telegram предоставить ключи, необходимые для дешифровки сообщений ряда его пользователей. Telegram отказался, в связи с чем суд оштрафовал его на 800 тыс. руб.

Telegram попытался в Верховном суде оспорить законность приказа ФСБ о предоставлении ключей шифрования, но безуспешно. После этого в апреле 2018 г. Роскомнадзор обратился с иском в Таганский районный суд Москвы о блокировке Telegram.

Иск был удовлетворен, и 16 апреля 2018 г. началась блокировка. Как и в случае с Zello, Роскомнадзор стал блокировать облачные сервисы Amazon Web Services и Google, которые использует Telegram. В какой-то момент было заблокировано 19 млн принадлежащих этим сервисам IP-адресов.

Однако Telegram все равно продолжал быть доступным, причем даже без использования специальных прокси-серверов и VPN (хотя среди пользователей мессенджера быстро распространилась информация об их возможностях). Зато проблемы с доступом стали испытывать большое количество сторонних ресурсов, также использующих указанные облачные сервисы.

Финал истории c Telegram пока неочевиден. Заблокировать Telegram пока не удается, зато страдают другие, ни в чем неповинные ресурсы. Если же власти откажутся от блокировки Telegram, то это будет признаком неэффективности всей системы блокировок.

Неутешительные перспективы

Кто бы ни возглавил министерство связи в новом составе правительства, ему придется столкнуться с серьезной головной болью из-за регулирования интернета. Во-первых, ведомству будет осложнять жизнь все возрастающее число законов и оснований блокировок того или контента в интернета.

Во-вторых, жизнь затруднит отдельное правовое пространство, которое создал Роскомнадзор для исполнения большого числа принятых законов об ограничениях в интернете.

В-третьих, крупные иностранные интернет-компаний проявляют нежелание исполнять российское законодательство при одновременной неготовности властей блокировать такие сервисы. В-четвертых, все возрастающая нагрузка на интернет-провайдеров из-за постоянно увеличивающегося числа заблокированных сайтов, а также наличие потенциальных уязвимостей для того, чтобы «подставить» под блокировки добропорядочные сайты и интернет-провайдеров.

Либеральные эксперты отрицательно оценивают предпринятые государством в последние годы меры по интернет-регулированию. «Госдума приняла большое количество безграмотных законов о регулировании интернета, не считаясь с мнением рынка, - говорит руководитель проекта «Роскомсвобода» Артем Козлюк. - В результате декларированные цели этих законов по борьбе с противоправным контентом не были достигнуты. Зато в зоне риска оказались добропорядочные ресурсы, которые, в том числе, вносят вклад в российскую экономику».

У Козлюка пессимистичный на будущее в данной сфере: «Судя по последним законодательным инициативам, нас ждет дальнейшее «закручивание гаек», - продолжает эксперт. - В итоге не только зарубежному бизнесу не будет выгодно работать в России, но и российские стартапы будут переезжать в страны с понятным регулированием, где правила игры не меняются каждый день и высокое значение имеет общественное мнение».

«С 2012 г. в России был принят целый комплекс законов, который позволяет властям заблокировать работу практического любого сайта, - добавляет юрист Центра цифровых прав Саркис Дарбинян. - Другое дело, что технических ресурсов для реализации таких задумок у властей нет. Это показала и история с Telegram, и то, что за полгода с момента вступления в силу закона о регулировании VPN никаких действий по этому закону предпринято не было». Прогноз у Дарбиняна также неблагоприятный: до конца 2018 г. стоит ожидать блокировки доступа в России к крупным западным ресурсам из-за невыполнения требований российского законодательства.

Но и есть и иные точки зрения. Например, глава «Лиги безопасного интернета» Денис Давыдов, наоборот, считает, что регулирование интернета в России недостаточно жесткое. «В Германии, например, социальная сеть в течение 24 часов должна удалить посты с обвинениями в адрес мигрантов, - говорит Давыдов. - У нас же, например, в социальной сети «Вконтакте» есть порнография, культ насилия, а педофилы пересылают другу другу детскую порнографию. Также иностранные интернет-компании не спешат выполнять российские законы в области интернета, хотя закон един для всех».

Усиление же регулирования даст России уникальный шанс стать «альтернативной» площадкой для хранения пользовательских данных. «Как показал недавний скандал с Facebook, западные интернет-компании открыто торгуют данными о пользователях, не считаясь при этом с их интересами, - говорит глава «Лиги безопасного интернета». - Если в России будет принят достаточный набор законов для защиты пользовательских данных и отечественные социальные сети будут их соблюдать, то можно будет ожидать прихода на российские площадки прихода западных пользователей, уставших от произвола местных игроков».